Müze Gazhane, Kadıköy. Photo: Jelican9, Wikimedia Commons, CC BY-SA 4.0
Обновлено 16 ноября 2026 года.
Субботнее утро на пароме из Кадыкёя в Каракёй. Чайки ловят бублики-симиты прямо с ладоней пассажиров, мальчишка-официант разносит чай на подносе, а пожилой господин у окна держит в руках потрёпанный журнал и смеётся так, что вздрагивают усы. Его сосед, молодой парень в наушниках, листает телефон и тоже смеётся, только над картинкой из Instagram. Если заглянуть им через плечо, окажется, что оба смеются над одним и тем же: над ценами на аренду, над соседом, который паркуется на тротуаре, над вечным турецким «ничего, как-нибудь». Один — над карикатурой из бумажного журнала, другой — над рисунком, который полчаса назад выложил в сеть художник из Анкары. Между этими двумя улыбками лежит сто пятьдесят лет истории, и это, пожалуй, одна из самых тёплых историй, которые можно рассказать о Турции. Потому что турки умеют смеяться — над властью и над собой, над бедностью и над пробками, — и делают это карандашом с таким талантом, что весь мир приезжает в Стамбул на их конкурсы.
Как всё начиналось: «Диоген», 1870 год

История турецкой карикатуры начинается с человека, который сам будто сошёл со страниц приключенческого романа. Его звали Теодор Касап, он был османским подданным греческого происхождения, родился в Кайсери, а 24 ноября 1870 года выпустил в Стамбуле первый независимый юмористический журнал на турецком языке. Назвал он его «Диоген» (Diyojen) — в честь того самого философа, который жил в бочке и днём с фонарём искал честного человека. Название оказалось пророческим: журнал искал правду и смеялся над тем, над чем смеяться было не принято. Вышло 183 номера, а 10 января 1873 года «Диоген» закрыли. Касап не сдался и открыл новую газету «Хаял» («Мечта»), но в 1877 году закрыли и её, а самого издателя приговорили к трём годам тюрьмы. Так с самого первого дня в турецкой карикатуре завязался сюжет, который тянется до сих пор: смех и власть всегда ходят рядом и всегда немного косятся друг на друга.
В те же годы появились «Чынгыраклы Татар» и другие сатирические листки, а в 1914 году случилось событие, о котором мало кто знает: в журнале «Лейлак» вышли рисунки Фатьмы Зехры, первой известной женщины-карикатуристки Турции. Всего три номера, но с них начинается женская линия турецкого юмора, о которой мы ещё расскажем.
Республика рисует: Akbaba, Amcabey и Abdülcanbaz
Когда в 1922 году на развалинах империи рождалась новая страна, появился и её главный юмористический журнал — «Акбаба» («Гриф»). Его основали писатели Юсуф Зия Ортач и Орхан Сейфи Орхон, и он прожил невероятно долгую жизнь, до 1977 года, став настоящей летописью ранней Республики. В 1929 году художник Джемаль Надир Гюлер придумал персонажа Амджабея — «дядюшку», пожилого стамбульского господина, вечно попадающего в нелепые ситуации. Это был первый турецкий комикс в полосках, и Джемаля Надира до сих пор называют отцом турецкого комикса. Его рисунки — точные, лёгкие, с узнаваемыми носатыми горожанами в шляпах — и сегодня смотрятся удивительно современно.

Посмотрите на эту карикатуру 1935 года: двое горожан обсуждают третьего, у которого есть костюмы для гольфа, лыж и тенниса — и который при этом спортом не занимается, а только смотрит матчи. Девяносто лет прошло, а шутка про человека, у которого дорогая экипировка и абонемент в спортзал, на который он не ходит, по-прежнему работает. В этом и секрет турецкой карикатуры: она смеётся не над абстракциями, а над живыми людьми, которых каждый узнаёт в соседе, начальнике или в зеркале.
В 1946 году в Стамбуле вышел журнал «Маркопаша», который стоит упомянуть хотя бы ради его авторов: писатель Сабахаттин Али, великий сатирик Азиз Несин, художники Мим Уйкусуз и Халюк Йетиш. Журнал начинал с шести тысяч экземпляров и за несколько месяцев дорос до шестидесяти тысяч. Его закрывали, а он возвращался под новыми названиями, и всего успел выйти 77 номеров. В 1957 году в газете «Миллиет» появился Абдюльджанбаз Турхана Сельчука — усатый силач и защитник справедливости, которого позже перенесли на театральную сцену и в кино. А в 1969 году Ферит Ёнгёрен, Турхан Сельчук и Семих Балджиоглу основали Ассоциацию карикатуристов: профессия, родившаяся в бочке Диогена, обрела свой дом.
Эпоха Gırgır: когда журнал читала вся страна
Если спросить турка старше сорока, с чем у него ассоциируется детство, многие назовут не мультфильмы, а журнал Gırgır. Его основал в 1972 году художник Огуз Арал, и то, что случилось дальше, похоже на сказку. В первый год Gırgır продавался тиражом 45 тысяч экземпляров в неделю, в 1970-х — 300 тысяч, а к началу 1980-х — около полумиллиона. Его называли третьим по продажам юмористическим журналом Европы; правда, сам карикатурист Тан Орал позже признавался, что это было скорее рекламной гиперболой, — но даже без неё цифры поражают. Gırgır читали в автобусах и на базарах, в казармах и студенческих общежитиях, его передавали из рук в руки, пока страницы не становились мягкими, как ткань.
Главное чудо Gırgır было даже не в тиражах. Огуз Арал создал целую школу. Писатель Атилла Аталай вспоминал, что авторы и художники журнала выходили из рядов его же читателей: подросток присылал рисунок, редакция замечала искру, и через пару лет он уже рисовал обложки. Из этой «гырґырской школы» выросли журналы Hıbır, Mikrop, Limon и LeMan, а потом и Penguen (2002–2017) с Эрдилем Яшароглу, Сельчуком Эрдемом, Бахадыром Барутером и Метином Юстюндагом, и Uykusuz («Бессонный»), который в 2007 году основали художники, ушедшие из Penguen, — Йигит Озгюр, Эрсин Карабулут, Умут Сарыкая и их друзья. В Uykusuz до сих пор есть страница «Входящие», где печатают рисунки начинающих, — та же традиция «от читателя к художнику». В 2011 году к этой семье добавился Bayan Yanı, который представляли как первый в мире женский юмористический журнал. А о масштабе всего этого богатства в 2026 году рассказала книга Энгина Камарота: на 860 страницах он описал 1 102 юмористических журнала и газеты, выходивших в Турции с 1923 по 2025 год. Тысяча сто журналов смеха — найдите ещё одну такую страну.
Почему бумажные журналы стали редкостью
Потом мир изменился, как он изменился для всей печатной прессы. С 1990-х зрителей забрали комедийные шоу частных телеканалов, затем пришёл интернет. Художник Uykusuz Эмрах Аблак рассказывал, что дистрибьютор забирал около сорока процентов выручки с тиража, а бумагу закупали в Китае и Украине за доллары, так что каждый скачок курса бил прямо по журналу. В 2018 году LeMan уменьшил формат страниц из-за подорожания бумаги, а найти юмористический журнал за пределами Стамбула, Анкары и Измира стало непросто. Карикатурист Кенан Ярар как-то сформулировал почти закон природы: журнал юмора живёт около десяти лет, на пятом году выходит на пик, а потом тираж идёт вниз. Любопытно, что бурные времена ненадолго разворачивают эту кривую: в 2013 году продажи Penguen подскакивали выше пятидесяти тысяч, потому что людям хотелось посмеяться над тем, что их тревожит.
В 2017 году одна за другой закрылись две легенды. Gırgır прекратил выход в феврале, а последний номер Penguen вышел 18 мая. Uykusuz 25 января 2023 года перестал выходить еженедельно — и, к радости поклонников, вернулся ежемесячным журналом; номера 2026 года подорожали со 150 до 180 лир. LeMan в 2024 году перешёл на выпуск раз в две недели. Но бумага не умерла — она стала особенной. Комикс-журнал Naber, который целиком рисует Умут Сарыкая, выходит нечасто, продаётся как книга, а его 18-й номер «Naber Hayat» поднялся на первое место в списке комиксов Amazon Турции, обогнав Бэтмена и мангу. Вывод простой и очень современный: меньше номеров, выше цена, зато верные читатели, которые собирают каждый выпуск на полку.
Смех и власть: старая история
Мы уже видели, что первого турецкого издателя юмористического журнала посадили в тюрьму. С тех пор турецкая карикатура умеет смеяться и над этим. Знаменитый художник Ратип Тахир Бурак за десять лет, с 1950 по 1960 год, получил 54 судебных иска за свои рисунки, из которых по 53 был оправдан. Gırgır однажды, в 1982 году, закрыли на месяц из-за обложки. Один из основателей LeMan, Тунджай Акгюн, шутил, что иски против журнала за восемнадцать лет они просто перестали считать, «чтобы не портить себе настроение». Суды случаются и сегодня: например, дело против LeMan из-за карикатуры, которую сочли оскорбляющей религиозные чувства, тянется с лета 2025 года, и слушание отложено на 2 февраля 2027 года.
Самое интересное здесь — то, как изменились границы. Опрос карикатуристов, который провёл исследователь Кубилай Челик (50 художников, поровну мужчин и женщин), показал: тему, которой художники опасаются больше всего, большинство называет вовсе не политику, а религию — 74 процента против 12. Две трети признаются, что «иногда» сами себя редактируют. И всё же они продолжают рисовать — с той самой смесью смелости и самоиронии, которая жила ещё в бочке Диогена.
Как живёт карикатурист сегодня
Профессия карикатуриста в Турции — это любовь, а не способ разбогатеть. По данным того же исследования, 78 процентов художников испытывают финансовую тревогу, больше половины работают как свободные художники, и лишь шесть процентов состоят в штате какого-либо издания. Серкан Йылмаз, которого читатели Penguen знали по рубрике «Почта Дудуллу», во время пандемии взялся за малярные работы, чтобы закрыть долги, и честно сказал, что карикатурой сейчас трудно прокормиться. Но турецкие художники умеют то, что умеют лучшие предприниматели: находить новые пути.
Йылмаз Асланчюрк выкладывает своего героя Отисаби на Patreon, и его поддерживают читатели из Казахстана, США, Бразилии и Японии. В Instagram у Эды Сайын 578 тысяч подписчиков, у Джана Бильгина (@aylakanimasyon) — 330 тысяч, у Эмраха Аблака — 293 тысячи, у Нури Четина — 284 тысячи; Нури, кстати, рисует истории популярных стендап-комиков, и это отдельный жанр. Эрдиль Яшароглу ушёл в современное искусство: его выставка прошла в Yapı Kredi bomontiada, а на ярмарке Contemporary Istanbul стояла его девятиметровая бронзовая скульптура «Уличный пёс». Гюрбюз Доган Экшиоглу нарисовал восемь обложек для The New Yorker. Другие ведут мастер-классы — например, в Доме карикатуры Кадыкёя, — выступают спикерами на маркетинговых конференциях, выпускают блокноты, магниты и стикеры со своими героями. Карандаш, как выяснилось, можно превратить в маленький бизнес.
Карикатура как большой бизнес
Самая знаменитая история о дружбе карикатуры и брендов случилась в 2012 году. Для проекта Samsung Türkiye Эрдиль Яшароглу нарисовал карикатуру площадью около 10 952 квадратных метров прямо на земле в Пынархисаре, в провинции Кыркларели, — и попал в Книгу рекордов Гиннесса. А потом на месте рисунка посадили лес из четырёх тысяч саженцев. Трудно придумать более турецкую историю: начать с шутки, а закончить лесом. Сегодня Яшароглу приглашают на маркетинговые форумы вроде Brand Week Istanbul говорить о том, как бренды могут дружить с юмором.
Есть и бизнес поменьше, но очень живой: индивидуальные карикатуры на заказ. Цифровой портрет по фотографии в онлайн-сервисах стоит примерно от 780 до 3 750 лир, компании заказывают групповые карикатуры коллектива в подарок, а на выставках и корпоративах художник, рисующий гостей за десять минут, собирает очередь больше, чем стенд с бесплатным кофе. Но настоящая «индустриальная» наследница карикатуры — это анимация. По оценке агентства развития BEBKA, турецкий рынок анимации сегодня около миллиарда долларов, хотя ещё в 2017 году его оценивали примерно в сто миллионов (методики могут отличаться, но рост очевиден). В 2024 году лидером проката в Турции стал отечественный мультфильм «Rafadan Tayfa Hayrimatör»: 2,8 миллиона зрителей и 307 миллионов лир сборов. Среди пятидесяти самых популярных фильмов года было 17 мультфильмов, из них девять турецких, и вместе они собрали больше 5,5 миллиона зрителей. Большую роль сыграли детский канал TRT Çocuk, запущенный в 2008 году, и господдержка: с 2005 по 2023 год государство выделило 33 миллиона лир на 27 полнометражных анимационных проектов. «Rafadan Tayfa» и «Kral Şakir» уже продают по лицензии на Ближний Восток и в Европу, а доходы от продаж анимации и игр, разработанных в технопарках, освобождены от налога на прибыль. Министр промышленности и технологий Мехмет Фатих Качыр называл экспорт креативных индустрий Турции на уровне более 8,1 миллиарда долларов. Рядом растут издатели комиксов — Komikşeyler, İthaki, JBC, — и турецкие вебтуны вроде платформы LOKMA, где, например, публикуют историю семьи, которая пытается привыкнуть к жизни в Турции.
Где увидеть турецкую карикатуру своими глазами
У стамбульского Музея карикатуры и юмора судьба почти как у героя турецкого сериала. Он открылся 2 июля 1975 года, был закрыт после переворота 1980 года, в 1989 году вернулся в старинное медресе Газанфер-аги в районе Фатих — с коллекцией из восьми тысяч оригиналов и пятнадцатью тысячами посетителей в год, — в 1994 году снова закрылся и снова открылся под напором общественности, а в 2010-м закрылся на реставрацию. Сегодня у него счастливый финал: музей работает в Müze Gazhane в Кадыкёе, на территории бывшего газового завода Хасанпаши, вход бесплатный, а постоянная экспозиция называется очень трогательно — «Линии, которые хранят своих художников». В том же Кадыкёе с 2016 года работает муниципальный Дом карикатуры, где проходят выставки и мастер-классы.
Турция — ещё и одна из мировых столиц конкурсов карикатуры. Международный конкурс Айдына Доана проводится с 1983 года, его называют «Оскаром карикатуры», а в архиве собраны работы из 137 стран. Международный конкурс имени Насреддина Ходжи живёт с 1974 года: в 45-м участвовали 650 художников из 62 стран с 2 050 работами, а темой 46-го, в 2026 году, стали права человека глазами Насреддина. Работы, созданные искусственным интеллектом, туда не принимают — после того как один из призов прошлого конкурса пришлось отозвать из-за подозрений в ИИ. Каждый год в Кадыкёе, в парке Йогуртчу, проходит бесплатный фестиваль Kadıköy Çizgi Festivali с иностранными звёздами, аукционом комиксов и уголками, где вас нарисуют за несколько минут. А в ноябре 2026 года в галерее Işık Teşvikiye открылась выставка «Я не робот» из архива конкурса Айдына Доана — о том, где проходит граница между человеческим талантом и машиной.
Женщины с карандашом
Помните Фатьму Зехру из 1914 года? Её дело продолжили художницы, которые в 1980-х появились в Gırgır под общим озорным заголовком «Мы, безусые» (Biz Bıyıksızlar), — Гюлай Батур, Рамизе Эрер, Мераль Онат. 8 марта 2011 года вместе с LeMan начал выходить Bayan Yanı, и, по словам Гюлай Батур, первые тиражи были около пятнадцати тысяч экземпляров. Рамизе Эрер стала первой женщиной-карикатуристом, выпустившей собственный альбом, а в 2017 году получила международную премию Creative Courage Award. Сегодня одна из самых популярных художниц в турецком Instagram — Эда Сайын с её 578 тысячами подписчиков. Похоже, соцсети стали для женщин-карикатуристов той самой дверью, которую когда-то приходилось открывать с трудом.
Карикатура в повседневной жизни
Для турок карикатура — не музейный жанр, а общий язык. Ещё Gırgır был голосом «забот о хлебе насущном» и «скуки», а возвращение Uykusuz в 2025 году открылось обложкой о высоких арендных ценах и упаковках, которые становятся всё меньше при той же цене. Сегодня карикатура живёт в ленте Instagram и TikTok: художники рисуют уличные интервью, сцены из старых фильмов Йешильчама и такие моменты, которые поймёт только тот, кто бывал на турецкой свадьбе, — например, когда посреди халая диджей объявляет номер машины, которая перегородила выезд, а танец при этом не останавливается ни на секунду. Карикатура переплетена и со сценой: Джем Йылмаз, самый известный комик Турции, дал свой первый концерт в клубе LeMan Kültür в Бейоглу, Абдюльджанбаз ушёл в театр и кино, а Отисаби в 2013 году стал сериалом, хотя сам автор вспоминает этот опыт с ужасом.
И, как в любой большой семье, здесь помнят своих. 5 ноября 2026 года в возрасте 61 года ушёл Кемаль Аратан, которого вся страна знала по персонажу Вах Вахап Вах. Муниципалитет Силиври назвал художественную галерею именем Огуза Арала, основателя Gırgır. Карикатуристы в Турции становятся частью памяти района, города, целого поколения — как старые песни, которые знают все.
Что это значит для иностранного бизнеса
Если вы выходите на турецкий рынок, карикатуристы могут стать вашим самым коротким путём к сердцу турецкого покупателя. Художник с аудиторией от ста до шестисот тысяч подписчиков говорит с людьми на их языке, с их шутками и их болью, и никакой переведённый рекламный слоган так не сумеет. Большинство художников работают как свободные авторы, так что договариваться можно напрямую. Живой карикатурист на стенде выставки или корпоративный подарок в виде карикатуры на всю команду стоят недорого, но запоминаются надолго. Для более крупных игроков открыты анимация и лицензирование персонажей, совместные проекты, спонсорство конкурсов имени Айдына Доана и Насреддина Ходжи или фестиваля в Кадыкёе — всё это даёт бренду культурный вес, который не купишь рекламой. А пример Naber и ежемесячного Uykusuz показывает, что даже бумажные коллекционные издания и переводные комиксы могут найти своего читателя.
Но, как у любого хорошего юмора, у этого есть свои правила. Если сами художники больше всего опасаются религиозных тем, бренду там тем более делать нечего; изображать политических лидеров тоже не стоит — по таким рисункам в Турции бывают иски, причём отвечать иногда приходится и тем, кто просто поделился чужой карикатурой. Безопасное и самое любимое поле — повседневная жизнь: семья, пробки, соседи, работа, еда. Права на рисунки нужно оформлять договором, потому что использование чужих работ без разрешения — главная жалоба художников. И ещё один совет от людей, которые любят своё ремесло: не выдавайте картинку, сделанную нейросетью, за карикатуру. Конкурсы такие работы запрещают, и в художественном сообществе вам этого не простят.
Турецкая карикатура: шпаргалка
| Издание | Годы | Чем запомнилось |
|---|---|---|
| Diyojen | 1870–1873 | Первый юмористический журнал на турецком |
| Akbaba | 1922–1977 | Летопись ранней Республики |
| Gırgır | 1972–2017 | До 500 тысяч в неделю, школа художников |
| LeMan | с 1991 | «Старейший независимый», клуб LeMan Kültür |
| Penguen | 2002–2017 | Голос 2000-х, 70 тысяч в 2010 году |
| Uykusuz | с 2007 | Сейчас выходит раз в месяц |
Вместо послесловия
Теодор Касап назвал свой журнал в честь философа, который искал честного человека с фонарём среди бела дня. Сто пятьдесят лет спустя турецкие карикатуристы всё ещё ходят с этим фонарём — только теперь он светит с экрана смартфона. Они смеются над ценами и над начальниками, над пробками и над собой, их закрывают и открывают, они уходят из журналов в Instagram, из Instagram в музеи и на мировые обложки. И за всем этим стоит то, за что Турцию невозможно не любить: умение пережить что угодно, если можно над этим посмеяться вместе. Так что когда в следующий раз увидите на пароме человека, хохочущего над журналом, загляните ему через плечо. Возможно, вы увидите там всю Турцию.
Частые вопросы
Какой был первый юмористический журнал в Турции?
«Диоген» (Diyojen), который Теодор Касап выпустил в Стамбуле 24 ноября 1870 года. Вышло 183 номера.
Какие турецкие юмористические журналы самые известные?
Akbaba, Gırgır, LeMan, Penguen и Uykusuz. Gırgır в начале 1980-х продавался тиражом около 500 тысяч экземпляров в неделю.
Где в Стамбуле посмотреть карикатуры?
В Музее карикатуры и юмора в Müze Gazhane (Кадыкёй, вход бесплатный) и в Доме карикатуры Кадыкёя; осенью — на фестивале Kadıköy Çizgi Festivali.
Может ли иностранная компания работать с турецкими карикатуристами?
Да: большинство художников работают как свободные авторы. Лучше выбирать бытовые темы, избегать религии и политики и оформлять права на рисунки договором.
Источник
Исследование Кубилая Челика о турецких карикатуристах (DergiPark, 2025); Forbes Türkiye об анимационной отрасли; материалы BBC Türkçe, DW Türkçe, Journo, Medyascope, Hürriyet, Cumhuriyet, T24; Ассоциация карикатуристов Турции; Фонд Айдына Доана; Kadıköy Çizgi Festivali; книга Энгина Камарота «Türkiye’nin Mizah Dergi ve Gazeteleri 1923–2025». Фото: Wikimedia Commons (Jelican9, CC BY-SA 4.0; «Диоген» и карикатура Джемаля Надира — общественное достояние).
Материал носит информационный характер. Данные о тиражах и рынке приведены по открытым источникам и оценкам; свежих аудированных тиражей за 2024–2026 годы нет.




